Новый мир  /  Журналы  /  ...  /  Содержание №1, Январь 2017  /  ТВОЯ ВЗЯЛА

Андрей Фамицкий
ТВОЯ ВЗЯЛА
стихи

Андрей Фамицкий родился в 1989 году в Минске. Главный редактор литературного интернет-портала Textura.by, куратор проекта «Литературная среда в музее Петруся Бровки». Автор двух книг стихов и публикаций в журналах «Арион», «Волга», «Интерпоэзия», «Homo Legens» и других. Живет в Минске.


Андрей Фамицкий

*

ТВОЯ ВЗЯЛА



* * *


красивой подметальщице асфальта 

скажи «привет»,

а что не сделал из эпохи сальто,

так не поэт.


когда как лисы порыжеют листья,

возьми метлу,

летят и красота, и хитрость лисья

во тьму, во тьму.


так заметай, пока она смеется, 

пути назад,

что после листопада остается?

один асфальт.


пусть листья не хранят твои писульки,

найдешь сполна

под ними откровения — рисунки

и письмена.



* * *


была дешевой, стала дорогой,

но тайной, тайной быть не перестала,

а мы уже в нигде одной ногой,

другой ногой коснулись пьедестала.


и посередке держим эту склянь,

и по селедке продолжаем страсти.

кого просить «спаси и устакань»,

когда сорокаградусное в пасти?


наступит день (известный поворот),

расслышится гитары переборчик,

и кто-то наши строчки переврет,

и стопочку глотнет, и помидорчик.


* * *


                       За стеной соседи голосят...


                                                      А. В.


за окном снежинки мельтешат.

я проснулся, мне за шестьдесят.


а вчера мне было двадцать шесть.

надо встать, чего-нибудь поесть.


я родился в собственной стране,

а теперь она моя втройне.


вдоль стены теснится книжек ряд.

черный кофе, черный шоколад.


и на расстоянии руки

положу свои черновики.


хочется писать, а не читать,

или внука на руках качать.



* * *


пока мой город изнывает от

политики, жары, литературы,

пока еще не кончился завод

у сердца и другой аппаратуры,


пока мы говорим друг другу «ты»

и в транспорте отдавливаем ноги,

пока у дня хватает долготы

и времени — у нас — на диалоги,


пока добры, безумны, влюблены

и быть свободным позволяет смета,

попробуем еще и без войны —

а вдруг у нас получится и это.



* * *


а те, с кем ты чаевничал над бездной,

допили чай.

ты самому себе твердил, что бездарь,

так получай.


пустынный стол, расколотые блюдца,

бычки, зола…

ты жаждал стихотворного уютца?


твоя взяла.



* * *


дешевое платье становится дорогим,

когда облегает ее золотое тело,

и он предстает перед нею таким нагим,

и он представляет: она его не надела.


картина и статуя, если со стороны,

а если очами ангела или Бога —

наверное, ясно, зачем они рождены

людьми, а не точками звездного каталога.



* * *


низовая лексика

и высокий слог.

Маяковский, лесенка.

балюстрада, Блок.



* * *


поджидая Нину из института, 

Ходасевич стоял вот здесь. 

ядовитый воздух, почти цикута, 

и поэзии злая взвесь.


я дышу тем воздухом петербургским, 

Владислав, и неровен час, 

как меня, дворнягу, накличут русским 

и поэтом, как звали Вас.


только это, наверное, злая шутка, 

Г. Иванов писал — игра. 

потому что муза не институтка, 

потому что в пальто дыра.


потому что в воздухе невесомом 

сотворен идеальный ад: 

Вы — лежащим на письменном толстым томом, 

я — писакой, склоненным над.



* * *


в поисках Клео, акме и пары строк 

я пересек пространство и тишину. 

медленный поезд вез меня на восток. 

что я увидел? Дарка и Лапшину. 


то не Калипсо кличет меня во тьме — 

Красная башня высится как маяк. 

станешь поэтом — будешь на высоте 

пить черный кофе и золотой коньяк. 


сладко в утробе литературы спать, 

а просыпаться с Клео, с тобой одной, 

злые окурки из темноты бросать, 

накоротке с пространством и тишиной.



* * *

                               Н. Д.


снег в подмосковном Домодедово.

забрел же я в сии края!

и пожалев, что не отседова,

подумал: «а откуда я?»


оттуда я, где утро вечера

не мудренее, а пьяней.

где вроде хочется, да нечего,

а тут еще в страстях по ней.


оттуда, где выходишь паинькой

под снегопад, как под обстрел.

где знаешь все о жизни с паникой,

а вот и доктор подоспел.


где календарь луны и облака

висит на призрачном гвозде.

где не страна, а что-то около.

где Домодедово — везде.



* * *


                                    Клео


мы вылеплены из снега — 

снегурка и снеговик. 

мы ждем середины века, 

и в той середине — миг. 


пускай этот миг недолог, 

но в сердце его — жара. 

стоим в окруженье елок, 

«родная, жива?» «жива». 


обклеванный нос морковкой,

незрячие угли глаз. 

не сманивай нас обновкой, 

спаси и помилуй нас. 


пусть тем, кто за нас в ответе, 

воздастся по их трудам. 

мороз, выбегают дети, 

а я тебя не отдам.


декабрь, 2016





 
Яндекс.Метрика