Виктор Коваль
НАСТАВКИ И УМУДРЕНИЯ
стихи

Коваль Виктор Станиславович родился в 1947 году в Москве. Поэт, прозаик. Окончил Московский полиграфический институт по специальности художник-график. Входил в состав поэтической группы «Альманах». Автор четырех поэтических книг. Живет в Москве. В «Новом мире» публикуется впервые.



Виктор Коваль

*

НАСТАВКИ И УМУДРЕНИЯ





          Хорошуй хорошо


Хорошенько хорошуй хорошо.

Плохо само уплошится, а хорошо хорошения требует,

хорошевания.


Без хорошевания

хорошилось хорошо, да и схорошилось в порошок.

Плошневеет хорошо — без хорошевания.


Без хорошевания

хорошуги всего хорошего

лежат плошнивьём обросшие

и хорошилово — как плошилово

уплошает плохца паршивого.


Без хорошевания,

хошь-не хошь, плохнет хорш.

А из плошного хорша

вырастает хворьша.


Люди спрашивают:

Как хорошуете? — и отвечают:

Хорошуем во плохах как в лопухах.

Или: — во плохах, как в облаках.

А ты говори:

Помаленьку хорошую хорошеню большую,

пока плохница cама не заглохнется.



          Общее место


Слышу поверх симфонической музыки голос

проводника — по местному радио:

В нашем поезде нету воды, а в соседнем — возможно —

на Лабытнанги.


Надо успеть. Вот и бегу я туда; баклагу

вижу в окошке вагона — c водой питьевой. — Пить! — говорю я беззвучно.

Вот! — достаю из горсти монету — один

фунт стерлингов.


Нет, всё отдавай! — говорят из окна.

Это значит — надо немедленно выкрикнуть — визг

отходящего поезда перекрывая: — Нет, это ты — всё отдавай! — Ты,

чего материшься? — сказала жена, — пить

надо меньше.


Это надо запомнить: сколько ступенек ведут из бассейна

с ныряющей статуей в 27-ю квартиру. До второго дойду этажа —

сбиваюсь со счета — и вниз —

с чистой доски — всё начинается заново.

А ты на другой бок повернись! —

шипит матюгальник Я. Протазанова.


Перевернулся —


бабушка Анна Петровна по маминой линии: — Да, мы спаслись,

но отец твой котует. Тут — вторую семейку завёл! — доносит, затягиваясь, —

в диадеме лучистой, украшенной спицами,

как в «Аэлите» Юлия Солнцева, но —

с едким своим «Беломором».


Его дымовая завеса — густая —

на нас надвигается, нарастая,

так неестественно быстро,

что все на площадке едва успевают

матом покрыть пиротехника за

перебор средств — магния и алюминия.


Понимаю: изморозь, иней.

Стою в парах парафина и нафталина,

слышу, как неразборчивый ропот

над седой пролетает водой —

тудой-сюдой;

кажется, каждое слово: паёк, ложка и кружка —

падает — ёк —

в вязкую мглу без всплеска.


Вспышка: вот это место

общее! — надо запомнить — Обь!

Вот этот берег высокий навис над провалом

в Обь —


на стыке Сибирской платформы

с Древним Уралом.


Неявка сюда невозможна, явка — невыносима.

Это надо записывать: «Здесь

техника молодёжи, нет — знание-сила —

сосредоточена у Хусаинова,

нет — Харсаима!..»



          Наставки и умудрения



1


Щупл тощ в худобе своей, да жив, пока костн и мршав.

Обло облако; тучно, улетучно.

Вот и ты — взыскивай, да не взыщи,

говори ежеутренне: — Вздравсь!

Хмурую думу уволь, вдохни бодровитую!

Скажешь так — вздравсь тебя вдохновит и воздравит.

А скажешь с усмехом дерзким, как дитя неразумное: — Вздрись! —

вздрись тебя вздрит.



2


Спящий храпит — взнузданный

разнуздиться не может. Разнузда ему помогай.

А кто разнузду уздить будет? Взнузда. Зови и взнузду.


Прямень и кривень во сне кричат —

хорошо поработали.

Ясень и смутень во сне плачут —

растут.



3


Корми работников своих, как ешь сам,

ибо вместе ходите.


Околонь ходит по кругу, привязанный к колу,

одрынь — к дрыну,

охлуд — к хлуду.

Из каких ты пошел — из одрынцев, из околоней или из охлудов —

всяк говори:

Такая вязовина не мною связана, да мною сваз движется.


И в небе есть песть — чад своих пасет,

а чады песть пестуют, пестунью свою.



4


Где умудренноглавые ходили, блюди их вытопки —

там не топчи.


Отвергай куковину, вразумляй кукшу.

Кто куку кому вскрючит, того кукшей зови.

Не назовёшь — сам скрючишься.


Обнимай гнездоту, да щупай гнездливых:

всё ли тут гнездно и годно?


Чуй да чувай!



5


Посади чад вокруг едалища.

Скажи:

Всю едовину не уешь. А она — тебя?

Ответят:

Целует в уста, едовина ненасытная. Снедает, снедаема.

Каждому дай его едло, едолю его.

И неедальцам — также.



6


Крохи собири со стола — для сорницы побирухи.

Скажи:

Побируха сорница рубаху шьет —

всегда недошитую и криво тканную,

и дыро пряденную —

из пыли и сора, что по углам собирает

сорница, побируха.


Побируха сорница озорница, попрядуха,

ветреница, веретенница,

без рубахи по дороге идёт, пыль столбом подымает:

Вот оно — веретено!

Кто увидит — блеск того взнищит!


7


Лысый валун булыга-лыбуга

в желвах лежит, в морщах да в лишаях.

Вот и ты — лишнего не скажи,

говори: — Молчу! Мало ли чего алчу,

глыба-улыба.


Как страх нападёт, не бубучь, не гукай.

Встань-встынь, говори:

Я тут внучок Стоерос, в землю врос.

А ты проходи, дедушка Столбеней!

Как пройдёт — не заметишь.


Пройдёт и тётка икотка,

и долгочих — дядька завстрялый.



8


Разумей толчки да тычки свои.

И худо дело — втычено,

и любо дело — втолчено.

А ты не тыч, как быч и не толч, как волч.




9


Мрозьке, зьмуке-зьмущей,

не говори «мрза лютодрыжная».

Скажи: — Дево льдивое! Бледное. На другой бочок

перевеснись! Да не задави

всяку лежмяку.


Уж такое это дело делдое —

простое надло, строгое требло —

люто перелютовать до увесневения,

да в ярах отъяриться и приосениться —

во благах, как в облаках.


А там и томь — льнёт. Лилеет томильце.

Не притомиться ли? -

Подумал так — в томилище впал.

В томилище впалый отверсту зовёт.

Ты не зови!


Не почитай адтулину

как красотулину.




10


Не говори всуе: «Суя». Пустое множить — отверсту звать.

А ты зовёшь.


Прямо гляди. Зыркобокий ко кривде клонится,

кривень блюдёт.

А ты прямень прями, да ему не подобься!

Не всё правда, что прямо. Обод — гнут, да катится.


Кривду всуе не хули, ибо хула — суть кривда.

Хулотворцев не хулом выхуливай, но возмозговывай.


Выползниц крючекрылых

и перепончатопалых выползней из отверсты кипелой —

отгнезди.

Вдвинь им мудрь в дурь.

Вжучь им добра в пыск.

Взстыди их живот угрымзами своести.

Укори их в ямку ядрёмную — твардой кроткостью.

Говори: — Хороша

редька драная, а не дрянная!


Не взъярясь, говори: — Гнездно и годно!



11


Блюди даху свою.

Что даха даст — то и взяха взяст.

А ты выпестуй зижду —

вот радость!


Даху и взяху — превозмоги через невмоготу.

Превозневмоготою зижда воззиждется!




12


И ежевечерне:

Мрей!

Уложи меня ладно во Встреку-реку мрееву,

да ладно высплынь оттуда ко вздравсю.

А скажешь с усмехом дерзким: — Мрись! —

мрись тебя смрит.


Чу, гук: выл вук.

Кто выл? Вылк.

Кто был? Бълг.





 
Яндекс.Метрика