Михаил Тяжев
СТАРШИЙ БРАТ
рассказ

Тяжев Михаил Павлович родился в 1974 году в г. Горьком. Прозаик. В 2017 году стал победителем конкурса короткого рассказа им. О. Генри. Живет в Москве.



Михаил Тяжев

*

СТАРШИЙ БРАТ


Рассказ



Первый свой срок Володька Густов по прозвищу Густик отмотал, можно сказать, ни за что, по глупости: забрался через форточку в квартиру, напился там дорогого вина, а выбраться не смог, застрял в проеме. Так его и приняли. Второй срок у него был посерьезнее. Наркотики. Делал закладки. На тюрьме схлопотал еще один срок. И тоже за наркотики. Вышел полысевшим, с огромной морщиной через весь лоб. На вокзале все оглядывался на девушек в коротких юбках и, как собака на кошку, реагировал, когда мимо проходил полицейский.

В электричке прикорнул и услышал, как один рассказывал другому:

— Надо ехать в Якутию, там есть бивни мамонтов. Один продашь, и можно всю жизнь жить и ни о чем не думать.

Приехав в город, Густов вытащил из кармана свои старые ключи от квартиры и поднялся на второй этаж длинного, барачного типа дома. Прошелся по скрипучим доскам, прислушался к ним, вспомнив, что ему всегда нравился этот скрип. Затем открыл свою дверь. Дома никого, только штора колыхалась, и со двора доносились голоса ребят, гонявших мяч. Он разулся и снял носки. Так он делал всегда. Размял пальцы ног, приятно, черт возьми! Потом со всего размаху прыгнул на тахту, перевернулся на спину и закурил. После вышел на балкон.

Внизу два пацана под кустами акации нюхали клей.

— Не так! Дай сюда! — Мальчишка выжал тюбик клея «Момент» в пакет и приложил его к носу. Вдохнул глубоко несколько раз. — Мульты ништяковые! — сказал он, кайфанув.

Володька заглянул в ванную, наполнил пластиковый таз холодной водой. Потом вернулся обратно на балкон и окатил токсикоманов из таза. Мальчишки, ругаясь, убежали.

В квартиру позвонили. Володька открыл дверь. На пороге стоял делового вида мужик. Он протянул руку Володьке и сказал: «Семен». Под мышкой у него был зажат блокнот. За ним протиснулись парень и беременная девушка.

— Здесь ванная, — повел их Семен, совсем не обращая внимания на Густика. — Здесь комната, одна, вторая! Что хорошо, есть «вью» — вид на парк. Когда родится маленький, в парке можно погулять.

— Э, командир, я не понял! — сказал Володька.

Семен улыбнулся девушке и парню.

— Побудьте здесь, — сказал он им. А сам подошел к Густову. — Вы что здесь делаете? Мы же договорились! Вы мне всю мазу испортите.

— Я не понял? — прорычал Володька.

— Это единственные клиенты на эту халупу, — продолжал все так же спокойно Семен. — Я выбрал удачный день, когда солнце светит и отличный вид из окна. А так ее вообще не продашь.

Володька схватил его за грудки и прижал к стене.

— Эта халупа — моя квартира! И она не продается! — сказал он. Затем открыл входную дверь и вытолкал Семена. Парень с девушкой выглянули из комнаты.

— А где агент?

— Ноль ноль семь?! Ушел. Передумал.

— Как? Куда? Почему? — Они ринулись вниз.

Володька притворил за ними дверь и подумал, что надо сменить замки. Лег на тахту и закрыл глаза. Спал он недолго. Проснулся от того, что заметил: в квартире как будто кто-то ходит. Он подумал было, что это вернулся агент, но увидел незнакомую красивую женщину, она что-то искала в его квартире.

Это была Марго. Она со своим мужем снимала комнату в его квартире, правда, сам Володька об этом не знал.

Густов остановился за ее спиной в дверном проеме. Она стояла на четвереньках и тщетно пыталась что-то достать из-под кровати.

— Помочь? — сказал Володька.

— Ай! — вскрикнула Марго и отпрянула. Она увидела перед собой незнакомого мужика. — Вы кто? — произнесла она.

— Конь в пальто! А вы?

— Предупреждаю, я знаю джиу-джитсу! — Марго поднялась. У нее был высокий лоб, глаза нежно-синего цвета, ровный нос с небольшой горбинкой и пухлые влажные губы. — Вы следите за мной? — сказала она. — Вас мой муж послал? Стойте там! Не двигайтесь! Я занималась карате!

— А я бегом. Что вы ищете? — Он отодвинул кровать.

Под ней лежал женский бюстгальтер.

Марго побагровела, села в кресло и закрыла глаза.

— Я так и знала, — сказала она, и в ее голосе было разочарование.

— Что вы знали?

— Вы следователь?

— Нет. Просто вы находитесь в моем доме и мне интересно, кто вы? Что вы знаете? И вообще, что здесь происходит? Почему под моей кроватью лежит непонятно что.

— Это не непонятно что. Это свидетельство измены моего мужа, — сказала она и поднялась, чтобы уйти. — А вы, значит, брат Игоря Александровича?

— Да. А вас как зовут?

— Марго. Маргарита. Вы только приехали?

— Ну да, — сказал Володька.

Он рассматривал ее, и она заметила его взгляд. Поежилась.

— Мне Игорь говорил, вы были на стройке. На Дальнем Востоке?

— Ну как бы да. — Густик сунул руку с татуировками в карман.

— И как там?

— Нормально. Икры много. Вы расспрашиваете как прокурор.

— Просто ваш брат о вас много рассказывал. Он вас ценит.

— Я заметил уже, — усмехнулся Густик.

— Всего вам доброго, — протянула она ему руку.

Он пожал ее и почувствовал, как она полностью уместилась в его ладони.

— Что вы намерены теперь делать? — спросил он, когда она была у выхода. Ему не хотелось, чтобы она уходила.

— Ну, уж точно не заказывать наемного убийцу. Посмотрю, как он будет крутиться.

— А вы коварная женщина.

— Не коварней вас.

— Я вроде вас еще не успел обмануть.

— Извините, я имела в виду всех мужчин. — Она заметила на полке книжки, сунула их себе в холщовую сумку и заплакала. — Господи! Как это противно! Какой гад! Я ему так верила!

Густик сходил на кухню, налил в стакан воды из графина. А когда вернулся в прихожую, Марго уже ушла.

Он тоже спустился вниз. Светило солнце. Было тепло. Он доехал на трамвае до гостиницы с бутафорскими колоннами и какими-то летящими путти на фронтоне. Поднялся на лифте на несколько этажей. На выходе его встретил консьерж и показал, где можно найти управляющего рестораном Игоря Александровича.

Игорь сидел на крутящемся стульчике у барной стойки. Это был широкоплечий мужчина лет тридцати в отличном темно-синем шерстяном пиджаке, светлых брюках и бордовых лоферах на босу ногу. Увидев брата, просиял:

— Володька!

— Игорян!

Братья обнялись.

— Ух ты, крепкий какой стал! — сказал Володька.

— Так спортзал, качалка, плюс я борьбой еще занимаюсь. Могу и тебя побороть. — И он приподнял брата, свернув вокруг него руки калачиком. — Что ты не сказал, что возвращаешься? Я бы поляну накрыл!

— Да хотел сюрприз сделать.

— Ну, пойдем чего-нибудь перекусим. — Игорян повел брата в отдельную комнату. Туда принесли жареный картофель с куском мяса. Майонез. Хлеба, огурцов и холодный графин водки.

— Слушай, я не хочу есть.

— А чего так? Ты куда-то торопишься?

— Уезжаю.

— Куда?

— В Якутию.

— Алмазы добывать?

— Хуже. Бивни мамонтов. Мне деньги нужны.

— Я знаю. Я тебе должен. Ты сидел за меня. Но у меня сейчас нет.

— Ты квартиру нашу продаешь?

— Нет.

— Игорек. Я знаю тебя. Не пытайся обмануть меня. Я твой старший брат.

— Ну да! — сказал Игорян с неохотой. — Тут тема одна есть. Инвестиции. Но я просто не успел предупредить тебя.

— А чего за баба приходила?

— Марго?

— Кажется, да. Чего там у тебя с ней?

— Санта Барбара. Я подложил лифчик, чтобы, так сказать, ускорить процесс кипения.

Володька поправил на братниной рубашке воротник и поймал себя на мысли, что когда-то давно уже проделывал подобное с братом.

Это было еще в школьные годы. Володька пришел в школу: его брата кто-то избил. Игорек стоял с рюкзачком под лестницей и трясся от страха, он был весь мокрый. Его только что старшеклассники опустили головой в унитаз. Володька тогда поправил у брата воротник рубашки. А потом нашел всех его обидчиков и каждого по отдельности избил.

Спустившись из ресторана на улицу. Володька поднял руку, чтобы поймать такси, и увидел Марго. Она шла в легкой шляпке и солнцезащитных очках. Из дверей к ней выбежал Игорь. Он взял ее за локоть и повел в сторону. За ними следил высокий, покачивающийся из стороны в сторону незнакомец. Он прятался за машинами, когда Марго оборачивалась. Возле одной иномарки он присел. Из нее вышел бородатый парень.

— Э! Я не понял! Отвали от машины! — сказал он.

— Тихо! Прошу вас! Тихо! — умолял его высокий.

— Чего «тихо»! Я сказал: отвали! Оглох, что ли! — Бородатый схватил высокого за шиворот и поднял. — У моей жены на днях сумку дернули. Не ты ли это?

— Я прошу вас! Это какая-то чудовищная ошибка! — лепетал высокий.

Володька подвалил к ним.

— Хорош, борода! Оставь его.

— Чэ! С ним, что ли, заодно?

— Посмотри вон туда, — сказал Володька. — Вас снимают скрытой камерой.

Когда бородатый отвлекся, Густик легонько, но больно стукнул его под дых. Бородатый охнул и осел. Высокий убежал за женой.

Минут через десять Густик снова стоял у обочины и ловил такси. К нему подъехал «форд», за рулем которого сидел высокий.

— Садитесь, пожалуйста, — сказал он. — Мне нужно с вами поговорить.

Высокий открыл дверь и убрал с переднего сиденья Евангелие.

Володька сел.

— Вам куда? — сказал высокий.

— Не важно. Чего за базар?

— Тут есть стоянка. Давайте там поговорим.

Он свернул с перекрестка. В салоне его «форда» было много церковной атрибутики. Образ Спаса Нерукотворного покачивался на золоченом шнурке под зеркалом заднего вида. Тут же к бардачку были прикреплено несколько маленьких икон. На одной Густик опознал Николая Чудотворца с крестами на плечах.

— Вы ведь были в тюрьме? — сказал высокий, когда остановился на безлюдном месте. На фалангах Густика были татуировки, иллюстрировавшие перстни.

— А ты чего, прокурор?

— Нет. Мне нужно… в общем. Могли бы вы убить человека?

— Зачем?

— Это уж мое дело. Я заплачу вам! У меня есть миллион! — воскликнул высокий. Вся его фигура как бы распадалась на части, как будто в ней не было главного, объединяющего все эти части.

— Э, так не пойдет! — сказал Володька. — Может, ты подсадной, дядя! Давай, выкладывай все начистоту. Не люблю, когда темнят.

— Мы снимали квартиру, — начал рассказывать высокий. — Мы недавно в этом городе. Хотели с женой, она у меня pretty woman

— Кто? — переспросил Володька.

— Красивая и противная одновременно. Это я так называю. «Pretty» с английского красивая.

— Я смотрел фильм «Красотка», в курсе.

— Так вот. Мы сняли квартиру у одного. А он начал клинья к моей жене подбивать. Я подумал: флиртует и флиртует. Я был уверен в своей жене. Мы же в современном обществе живем. А потом я узнал.

— А побазарить с ней никак?

— Я пробовал.

— А так чисто профилактически «леща» там дать?

— Нет, что вы! Чтобы я поднял руку на женщину. К тому же сегодня она обвинила меня в измене. А у меня не было никого, кроме нее.

— Ладно, это все телячьи нежности. Кого я там должен? — сказал Володька, хотя догадался уже.

Высокий вытащил телефон и показал ему фото Игоря.

Володька думал, если отказаться, высокий найдет другого киллера и тогда тот грохнет брата. Надо потянуть время и попытаться уговорить Игоря оставить Марго.

— Мне надо помозговать. Завтра встретимся. Здесь же в шесть вечера, — сказал Густик и вышел из машины.

Темнело. Он наведался к своей знакомой, хотел у нее остаться. Но она была замужем. Володька вернулся домой и лег спать. Ему снилась Якутия, бивни мамонтов и «локалка» — территория для прогулок внутри зоны.

На следующее утро дверь в его квартиру выбили омоновцы. Его самого скрутили и уложили лицом в пол. Майор Костюк присел к нему.

— Здорово, Густик! В киллеры записался?

— Чего?! — приподнял голову Володька.

Но омоновец рявкнул на него: «Лежать!»

— Уже весь город знает, — продолжал майор. — Как ты брата своего хотел убить.

Густова вывели из подъезда. Усадили в машину. Во время пути Костюк толкнул его в бок, как старого знакомого, и сказал:

— В следующий раз с психами не связывайся. А то они заключают с тобой сделку, а сами бегут в полицию. Дескать, им ночью ангел протрубил и приказал покаяться.

— Я не хотел никого убивать, майор.

— Это ты в суде скажешь, — произнес Костюк и потерял интерес к Густову.




 
Яндекс.Метрика