Андрей Гришаев
ПЛАТФОРМА РАЙ
стихи

Гришаев Андрей Робертович родился в 1978 году в Ленинграде. Окончил Ленинградский электротехнический институт. Автор двух поэтических книг: «Шмель» (М., 2006) и «Канонерский остров» (М., 2014). Лауреат журнальных премий «Нового мира» (2007, 2019) и «Знамени» (2009), а также первой независимой премии «Парабола», учрежденной Благотворительным фондом имени Андрея Вознесенского (2013). Живет в Москве.


Андрей Гришаев

*

ПЛАТФОРМА РАЙ




* * *


Я птичке мёртвой предлагаю камень

Как символ, что летала и была

И яму не лопатой, а руками

Какое слово нежное: была


Была жила, а я пойду и буду

Отец мне подарил дуду

Чтоб я её носил повсюду

В штанах, не на виду


Так я не на виду и камень твой носила

И яму кое-где, но не скажу —

Вдруг из-под камня птичка возгласила

Но, хочешь, за копейку покажу


Нет, милая развратница, лети

Пока на нас в остром свету глядят

И достают щипцами из груди

То рай, то ад



* * *


Что в раю одиноко —

Там дерево или жена,

Что лежит одиноко,

В раю никому не нужна,

Что растёт одиноко

В отцовском на ветках пальто,

Чтоб подняться высоко,

Как не поднимался никто.


А с вершины не рая,

А с вершины того, что в раю,

Я себя понимаю,

Вижу жалкую душу свою,

На себя примеряю,

И частушки с верхушки пою.


На газетные строчки

Разбежавшись, на буквы, летя

По-над раем по кочкам,

По-над раем скабрёзно шутя,

Вдруг себя обнимаю, как дочку,

Как в жару скарлатины дитя.


* * *


Вначале было слово у Худого.

Потом, посередине тишины

Раздался будто всхлип — то Полный был,

Он шарился в смартфоне, сгорбив спину.

Потом вошли две женщины с шарами

И стали грузно в воздух их бросать.

Со стен смотрели рыбы, волки, зайцы,

Их шевелились бешеные рты.

Мы в бричке с братом ехали на север.

Кончалась ночь и начинался день.



* * *


Шар воздуха. Навстречу шар воды

Шар некоего сомнения с щелчком и сбоку

Соприкасается. К воде осоку сквозь ведут следы

Мой брат в плаще смеётся и сморкается


Молитвенно сомнение, сестра

В брата плаще, но туфельками острыми

Под землю входит, сидя у костра

Мы спим в сомнении под звёздами


Где наши двести душ, а, брат-сестра?

Наследство дяди прожито и просрано

Безвиден шар земли, невинна пустота

Истыканная туфельками острыми



* * *


Прибегнув к бегству в парк,

Я всадников двоих увижу.

В дымящийся от мороси овраг

Они спускаются, по дну его идут,

Два всадника игрушечных,

Где дальше — ближе,

Не там, а тут.


Как ювелирно время.

Фигурки тёмные скользят,

И уточки летят,

Как если бы со всеми

Так.


И как литературно,

С ударом, всхрапом, в мороси дыму

Вдруг будто тёмный поезд обойму,

И полицейский скажет вдруг цензурно:

Сестра, вы как?


За каждый шаг в осеннем этом дне,

В безвременном ноябрьском овраге,

Я чай свой допиваю — мнится мне:

Стоит сестра,

Тонка, как из бумаги,

В прекрасных отблесках костра.



* * *


Здесь не надо

Здесь люди сидят

Электрически злые


В что за ад эти глазки глядят

Как цветки полевые


В что за рай эти руки летят

Оставляя следы ножевые



* * *


Сравнение дятла и ветки,

Луга и леса.

Сравнение ветки и леса.


Ветка плывёт по реке, не имея веса.


В зеркало вглядываешься: черты лица

То деда, то матери, то сестры, то отца.



* * *


Туманна биография совы


А если всё же...


Нет, архивы — снегом,

Корнями вырванных страниц полны


Так что: увы, увы


Туманна биография волны


Архивы — пеной

Заполнены, речной, второстепенной


Да, в общем-то, и мы

Волной, зазябшие, уже не так больны


Туманна биография коня


Над миром ржание: «полцарства за меня!»


В саду, в лесу, в реке

Искали — нет архива


На нет — и нет суда

Вам, стало быть, товарищ, не сюда


Туман в саду и над рекой красиво



* * *


Амфетаминов и Кетаминов

Зашли в аптеку купить витаминов

А им навстречу полицейский Смирнов


В аптеку

В аптеку

Купить


О, купить

О, покупка

Витающие шоколадка и шубка

Контейнер для пуговиц, о

Волчья душа

Слетает и режет нас без ножа


Пойдём, друг Смирнов

Пойдём

До бледного леса дойдём

И сами себя воспоём


О, Кетаминов

О, Амфетаминов

О, Смирнов


О, как нас скрутила

Великая сила

Мы пляшем, поём без штанов


Мы души, мы лица, которые скоро

Умрут, и зачем же с полицией ссора

И зачем же внутри нас разлад


С небес витамины сверкают, и ад

Внутри нас пылает, и гуси летят

И ёлку Смирнов украшает



* * *


Смотрим на дерево, смотрим на облако, над

Кроной зависшее, смотрим на серый отряд

Птиц треугольных, сквозь небо летящих


Жён своих спящих

Ветвей, молитвенных листьев, корней,

Мы фотосинтеза гости

И копошенья земли

Птиц треугольных летящих, пропавших вдали


Многое что мы хотели, многое мы не смогли


Многое что мы хотели, многое мы не смогли:

Дерево, листья, трава, копошенье земли

Ветви и корни, склоненье корней и ветвей

Таянье птиц, тайны сокрытых зверей

Шум торжества из-за прикрытых дверей




* * *


Наполовину серп

Наполовину молот

Я в типографии работал и ослеп

Я мазал тёплый холод

Сытный голод

На газетный хлеб


За мною пса назначили слепого

Для облегче-ни-я передвиже-ни-я

Бесплотен был, витал я, будто слово

Во тьме нетрудового воскресения


Наощупь наливал я псу в стакан

С горчинкою разбавленное пиво

А сам себе до края двести грамм

Как, воплощаясь, он его лакал

И я, как песню, пил неторопливо


Потом из темноты я засыпал

Проваливаясь в белое, рябое

Стрекочущее, бедное, любое

Где молот мой отец в журнальный входит зал






 
Яндекс.Метрика