Денис Безносов
МАРОККАНСКИЕ ГЕКЗАМЕТРЫ
стихи

Безносов Денис Дмитриевич родился в 1988 году в Москве. Поэт, критик, переводчик. Автор книги стихов «Существо» (М., 2018). Совместно с Арсеном Мирзаевым подготовил к изданию двухтомное издание стихов Тихона Чурилина (М., 2012) и книгу переводов Вирхилио Пиньеры (М., 2014). Живет в Москве.


Денис Безносов

*

МАРОККАНСКИЕ ГЕКЗАМЕТРЫ




* * *


ранним утром под медленным солнцем плетутся телеги

в глотках извилистых улиц пестрым скарбом набитых

гулко вопят зазывалы встанешь на площади в самом

центре возле прилавков с фруктами где под зонтами

хной на запястьях женщины пишут витые узоры

всматриваясь в говорящий что-то без умолку город

наспех глиной облепленный времени ток избежавший

сплошь пропахший кожевнями чайными цитрусом пылью

мясом в горшках заваренной мятой корицей известкой

месивом специй рыбой расплавленным грунтом машинным

маслом пометом бензином встанешь смотреть как повсюду

люди несут и развозят свой ежедневный порядок



* * *


смесь атласских тугих языков с финикийской изнанкой

снизу вверх поднимается справа налево набитый

горным ветром сухим тифинаг тамазигхтский демнатский

сплошь кочевыми согласными шитая речь с угловатым

полным изгибов зазубрин мелкой крупы алфавитом

чье нутро из песка пересохшей породы и мелкой

поросли с хриплой фонетикой вязким берберским дыханьем

скопищем палок углов крестовин проколотых точек

горсть простейших следы насекомых метафоры звуков

в горло той помещенных старушке на фесском базаре

с буквой на лбу что торгует кухонной утварью чайник

круглый на ножках стальной по хорошей цене предлагает



* * *


белый город слепящее небо гудящие хоры

пять отмеренных раз ежедневно звоночки трамваев

мимо шершавых фасадов аркад магазинов мечетей

мутно-мучнистый туман квадратные груды построек

в трещинах пятнах копоти в жухлых газетных лохмотьях

возле портовых складов железных подъемных конструкций

где на отмелях рыщут в воде собиратели мидий

фоном висит океан суда и рыбацкие лодки

бледный процеженный вечер машины вроде животных

вдоль дороги бредущих вперед вразнобой а над ними

в белом слепнущем небе сквозь душную влагу пылает

ровный сдавленный круг молчаливого белого солнца



* * *


в ваннах каменных шкуры коровьи свиные верблюжьи

реже козлиные прежде чем жидкостью маково-красный

рыжая хна шафран золотой загущенный индиго

емкость наполнить доверху дабы вымачивать трое

суток а после высушивать долго под солнцем палящим

должно сперва подержать в бледно-молочном растворе

с солью водой голубиным пометом после вручную

шерсти остатки извлечь из товара лаймовым соком

тщательно вымыть стопкой сложить из дубильщиков самый

мастер изящный в шуарской красильне сборщик помета

много жарких часов он проводит на крышах щербатых

в поисках извести птичьей щурит зоркие пальцы



* * *


в честь берберского бога зовется скалистая местность

есть и другие версии скажем когда-то в округе

был великан ливийский антей изничтожен гераклом

тинга вдова осталась местам даровавшая имя

стал византийским римским потом португальцы арабы

много династий сменил французы испанцы а нынче

крепость стоит на краю континента яркие краски

густо слоятся на стенах грифельный мятный горчичный

медь мандарин бирюза кобальт орех кто селился

прежний оттенок под новым скрывал жилище присвоив

цветом застынув внутри штукатурки хрупкий оставив

след на взгорье в пустом лабиринте у кромки пролива



* * *


в пленке сепии четверо хмурый мужчина за стойкой

лавки почтовой мальчик в рубашке и феске поджавши

губы глядит в объектив на ящике справа согнувшись

полуиспуганный в длинном халате рядом четвертый

взгляд исподлобья сощурен встал побоченясь у двери

в левом углу опустевший стул под навесом бутылка

вывеска с маслом машинным пыльная улица полки

доверху ровные пачки тени застывшие воздух

рыхлый зернистый фигуры в линзу вживленных бездвижных

вглубь поставленных утра в себя проглотившего лица

вещи контур вещей геометрию крыши фотограф

в кадр не вместившись сбоку поставлен следить за прошедшим



* * *


речь в расшатанном мареве крошка песчаная пращур

с прошлым сращенных кишащих шумами рухлых ристалищ

шум обреченный кипеть крыши вымарывать множить

контуры кошек плешивых крашеный красным рекомый

выщерблен скрежет шаги шепелявые мышечный рокот

сплошь размякшие меры поношенных снов и кишечник

накрепко сшитых проулков в гуще хрипящих согласных

шкурный шукран непрошеный шепот зарок мешковатый

плешь обрушенный морок шипит решетом овощами

пищей надкушенной в чаще в крошеве в спешке промокших

глохнущих внутрь послушно идущих сквозь скважину в жидкий

жадный марракш марракеш хитроумный пыльный марракеш



* * *


жар впитался в булыжную между прилавками площадь

две торговки под вечер плетут из соломы корзинки

головы спрятав в тени третья с блюдом громоздким

к ним ниоткуда ступает в платье нефритовом ставит

блюдо на короб с соломой ткань поднимает горячий

с мясом бараньим кускус с тыквой морковью и нутом

пальцами в рот отправляют молча жуют отовсюду

каждый бредущий мимо на ужин заходит но к пище

прежде чем прикоснуться из чайника воду на руки

льет и тщательно моет прозрачное небо темнеет

плоским навесом сытые толпы расходятся третья

в платье зеленом уносит пустое громоздкое блюдо



* * *


sheltering sky хорошо но шукри значительней хмурясь

так говорил абдулла в белой джеллабе в потертых

желтых бабушах шамкая деснами чуть шепелявя

глядя в ребристое небо всюду зияли в аркадах

рты распахнутых окон пустые прихожие двери

петли скважин замочных насквозь продуваемых ветром

грыз свой хлеб одинокий в семьдесят третьем а после

книжку его запретили так говорил улыбался

морщил смуглые щеки зависшие в воздухе чайки

час неподвижный отсутствие звука женщина возле

дома в котором матисс мелкой деталью пейзажа

улочка лавка фонтан мальчик сидит на ступенях



* * *


тень от птицы плывет по мощенной поверхности аист

тело из черного с белым блеклые контуры крыльев

глубь терракотово-тесной сшитой внахлест паутины

желтый морщинистый воздух рыжие стены проходы

арки окошки квадраты пухнущий дым от жаровен

ввинченный в рыхлое небо горсти соленых оливок

сплошь зеленые пятна и красные карие пятна

в плоть вплетены геометрии путаной мускулатуры

где монохромные птицы строят громоздкие гнезда

клювы слегка приоткрыв бродят вдоль круглых отверстий

вьется охристый гул день переплавленный в полдень

все дороги сюда ни одной не отыщешь отсюда







 
Яндекс.Метрика