Дмитрий Полищук
ГОРОДСКИЕ КОМИКСЫ
стихи

Полищук Дмитрий Вадимович живет в Москве. Автор четырех поэтических книг и многих публикаций в периодике.


Дмитрий Полищук

*

ГОРОДСКИЕ КОМИКСЫ



Рваные стансы на сон грядущий

Не смотрю телевизор, не жду новостей,

предпочитаю уют,

кучку моих костей

положу на диван — пусть отдохнут.

Поразмышляю, засыпая, к примеру, о парадоксе банально тернистом,

историю-сталинистку (как сказал бы Кожев) кляня,

вот почти что полвека нашу страну массово вырезали террористы,

но без сей азиатской человекорубки, как оно ни дико, не было б и меня.

Деда Кузьму, рабочего-партийца, расстреляли в 37-м по общей Украинской разнарядке,

трое детей осталось, папе и года не было, и вот

бабушка Милица с её гимназией и пятью языками, и фортепьяно едва пристроилась на внештатке

мыть полы в детсаду — чем чудом и выжили, — древний шляхетский род.

А прадед Иван Рыжиков, по материнской, был из крестьянского класса,

понимал, что в русской жизни к чему.

Верькя, большаки хотят при коммунизме кажный день жрать мясо.

Голод будет. Яжжяй в Москву.


Москва ж — горнило встреч... Прикинь, Москву не год полки держали наши!..

Чрез триста с гаком лет я и родился здесь

счастливым москвичом, сошлись во мне не зря же

речь русская, фамилия украинская и даже польска спесь...


И хоть я из семьи технарей, но всю жизнь промолился на слово —

ничего ж кроме слова в сём мире и нет, —

чтоб на старости лет полюбить Гумилёва.

Вот поди ж ты... Гумилёва на старости лет.


Николай Степанович, пресветлый витязь,

я прожил дольше Вашего, не надеюсь, что скоро умру,

Николай Степанович, там помолитесь

за некрещёного соратника по перу.


2000 — 2016



МОСКОВСКИЕ КОМИКСЫ


1. Без


Каждый день по городу ходит бес

с чем-то колким наперевес,

в тихом парке иль в вечно спешащей толпе

человека хорошего высматривая себе.

Ты его не заметишь и в белый день,

только вдруг замелькает по стенам тень,


на мгновенье неба поблёкнет эмаль,

сердце точно уколет сталь.

Ну вот, к примеру, как знакомый мой стиховед,

было ему всего-то пятьдесят лет,


ехал на вечер поэтический вступительное сказать,

ждал троллейбуса и на лавочку присел, так сказать...

Или, как кто-то в Питере мне рассказал,

один старик отправился на Царскосельский вокзал,


но до дома добраться так и не смог,

на ступеньки как будто прилёг...


Бишь о чём я?.. Ах да, когда, наконец вызванная кем-то из вас,

приезжает скорая через который час,


закатив глаза под ракушки век,

там холодный уже лежит человек.


Так что, дорогие мои, встречая зарядкой зарю,

попомните, что я вам говорю,


день за днём по городу крутится бес

с чем-то колким наперевес.


Перекусит на крыше хлебом и красным вином

и так далее запрыгает с дома на дом.


2. Мужик


Ну и я расскажу. Со мною вот

случился на днях такой эпизод.


Шёл ночью с работы. К метро впритык.

Смотрю, на остановке стоит мужик.


Нормально одет. В кепке. Не гопотня.

Но будто поглядывает на меня.


Я мимо. Бог весть, что там думает он.

И тут за спиною грохот и звон.


Смотрю. Где рекламная фотка была —

дыра у красотки в районе лба.


А этот мужик, будто и ни при чём,

уходит, помахивая молотком.


Что делать? Он болен? И будет беда?

А кругом никого. Ни людей. Ни мента.


Ну, чуток поискал. Потоптался в тоске.

И к дому. И рад, что не мне по башке.


Стар я стал для такого. Как говорится, б/у.

Как вспомню, зудеть начинает во лбу.



3. Голова


Нынче днём у кафе на углу Тверской

видел женщину, мотавшую головой.


Точно маятник, билась её голова.

Так продолжалось час или два.


Шли троллейбусы мимо, машины, толпа

огибала её, к чужому слепа.


Я сидел в кафе, пил кофе, курил,

и приятель что-то мне говорил.


Но не мог оторвать я взгляда, увы,

от её болтающейся головы.


Всё курил, смотрел и думал о том,

как мы в этом крутящемся мире живём.


А потом я встал и пошёл домой,

как болванчик, покачивая головой.



Шалишь,

или Инвектива Парижу


Безликий город буржуа,

что строили, жуя.

Ходи часами — удивит

один и тот же вид.


Дворцы, театры, кабаре

и площадей каре —

глаз натирает, как наждак,

их серый известняк.


Кафе, пассажи и бистро,

и лабиринт метро,

где Минотавр гоняет дур,

спасенье коим Лувр.


Ногами машет Мулен Руж —

таращит очи муж,

и тусклый мозг его размяк,

серей, чем известняк.


И неба серого куски.

Здесь в приступе тоски

Бодлер, от сифилиса сиз,

пригрезил символизм.


В обиде здесь и в нищете —

в щемящей простоте

истаял здесь — за другом друг —

Парижской ноты звук...


Эйфеля лишь стальной жираф,

ввысь голову задрав,

взлететь мечтает, а пока

он щиплет облака.


Лишь чресла дряхлой Нотр-Дам

сей сторожат бедлам,

над Сеной свой воздев скелет,

как оберег от бед.


Химера смотрит на Париж

и шелестит: — Шалишь,

ужо тебе, сосуд трухи,

воздастся за грехи...




ТРИАДА ЗИМЫ


1. Торжествуя


Эта вот искристая ложь

без греха — наказание нам.

Дважды в день ты покорно идёшь

на пытку к белым чертям.

Зима — неотступный ад,

прям за кожей — жжение зла.

И в метро забежав, ты рад

хоть какой передышке тепла.


Вот ещё один день изжит,

ещё на день твой век прирос.

В снастях вагона что-то визжит,

как палкой избитый пёс.



2. На спине


                                 Соседу по палате Жене М.

Кто там? Мама? Чей шорох?

Кто плечо тряс во сне? —

как в оковах, как в шорах,

он лежит на спине.

Всё пластмасса: сок, пицца,

огурец, манка, чай...

Мама, пить! Мама, писать! —

он зовёт, что ни час.

Где-то кашель набатом

бьёт. И приступ тоски.

В эту ночь по палатам

дрыхнут все, как сурки.

Но какие тут шутки,

уж, скорей, страшный суд,

ведь четвёртые сутки

кровь ему не везут.

С меланомой нередкой,

что разъела скелет,

о швейцарской таблетке

смерти грезит сосед.

И не чувствуют боле

боли острой и жирной

двое стынущих в холле

на каталках за ширмой.


27.02.17. Ночь. ГКБ № 40, к. 6, п. 192



3. Вопрос


Много ль в этом смысла,

ты меня послушай,

что с утра зависла

идеальной грушей —


малость грязновата,

с гарью карамельной —

сахарная вата

над трубой котельной?



Атлант

(врилибр)


На меня упало небо —

и оказалось, что я Атлант.

Ноги иксом, спина буквой зю.

В голове темно… стучит… круги…

Ещё держу.







 
Яндекс.Метрика